Испаноязычный мир           
Русский 
                Главная   Галерея   Слайд-шоу   Голос   Песни   Уроки   Стихи для детей   Фильмы   Новости
   Добро      пожаловать!
   Регистрация
    Вход
    Поиск
    Обучение
   испанскому
   Каталоги
   Поэты
   Переводчики
   Хронология
   Страны
   Аргентина
   Боливия
   Бразилия
   Венесуэла
   Гватемала
   Гондурас
   Доминик.Респ.
   Испания
   Колумбия
   Коста-Рика
   Куба
   Мексика
   Никарагуа
   Панама
   Парагвай
   Перу
   Пуэрто-Рико
   Сальвадор
   Уругвай
   Чили
   Эквадор
   Другая
   Об авторах
    Поэты
   Переводчики
   Художники
   Композиторы
   Исполнители
   Фотографии
      поэтов
   Фотографии
      переводчиков
   О сайте
   Авторам
      сайта
   Контакты











 

Последние новости культуры Испании и стран Латинской Америки на сайте Испаноязычный мир: поэзия, изобразительное искусство, музыка, голоc.
 

Коварный Аконкагуа : Испаноязычный мир: поэзия, изобразительное искусство, музыка, голоc.

Коварный Аконкагуа
 




Страница: | 1 | 2 | 3 |

Автор: Камиль ЗИГАНШИН

Дорога до Аргентины> растянулась на несколько лет

А-КОН-КА-ГУА! Это набатно-распевное название самого высокого на планете вулкана я впервые услышал в 2008 году. В нем мне почудилась какая-то тайна, и гора так взволновала мое воображение, что я на много месяцев потерял покой: грезил, как бы подняться на заснеженную, насквозь промороженную вершину этого семитысячника. Во мне крепла уверенность, что подъем на высшую точку Западного полушария откроет для меня нечто архиважное. В конце концов я понял: восхождение, как и мечту, нельзя откладывать. А когда решение принято, остальное начинает получаться само собой.

Мешки для отходов выдавали под роспись

После перелета Уфа - Москва - Мадрид - Буэнос-Айрес пересели в двухэтажный автобус и, проехав через всю <Аргентину>, мы с моим другом Эмилем Ждановым оказались в столице виноделия этой довольно большой страны - утопающем в зелени городе Мен-доза. Именно здесь в министерстве по туризму выдают за немалую плату пермиты (разрешения) на восхождение.

Пока оформляли заявку, я услышал русскую речь. Лицо парня показалось знакомым - я видел его фотографии в интернете в отчетах клуба "Семь вершин". Узнав, что мы собрались на Аконкагуа, Максим Богатырев, так звали нового знакомого, продиктовал оптимальную временную раскладку маршрута и дал мне "напрокат" свой роскошный пуховик и штаны с особой термопрокладкой.

Национальный парк Аконкагуа расположился посреди безжизненного столпотворения острозубых отрогов, каждый из которых, в свою очередь, слеплен из десятка более мелких, украшенных множеством башен, остроконечных шпилей, щербатых граней, осыпей и разломов. В глаза сразу бросилось редкое богатство их цветовой гаммы - почти вся палитра налицо. Внизу, в ущелье, над бурной речкой необычная перемычка - "мост инков". Он образовался благодаря множеству бьющих из склона струй термоисточника: его вода насыщена солями железа.

Пройдя через ворота парка, направились к административному зданию. Экипированные не хуже полицейских, рейнджеры зарегистрировали наши пермиты и выдали под роспись номерные полиэтиленовые мешки для: сбора и сдачи при выходе из парка наших экскрементов. Закинув на спину увесистые рюкзаки, отправились в двухнедельное автономное "плавание". Альтиметр показывал 2836 метров над уровнем моря.

Чтобы добраться до подножья Аконкагуа, нам предстояло долго и муторно шагать по горной тропе, вьющейся по скалам, словно плющ по каменной стене. Это порядка двадцати пяти километров по ущелью Хорконес, где даже привычные к горам мулы, случалось, срывались в пропасть. Когда встречали их выбеленные солнцем кости, невольно притормаживали: жизнь - вечная игра со смертью.

Голландцы оказались книгочеями

Первая ночевка - в лагере Конфлюенция (3400 метров). После регистрации нас поселили в многоместной сферической палатке местной турфирмы с молодыми альпинистами из Голландии и Японии. Последние в лагере уже третий день - никак не могут стабилизировать давление, поэтому врач не визирует разрешение на следующий переход. Восхищают организованность и работоспособность японцев, а удивляют медлительность и неумение принимать решение в одиночку: по каждому маломальскому поводу советуются со старшим. Общаясь друг с другом, они несколько раз почтительно, чуть ли не в пояс, кланяются, говорят размеренно и очень тихо.

А долговязые и сероглазые голландцы порадовали любовью к чтению довольно толстых книг. Именно книг, а не риде-ров. Принести в горы увесистый фолиант, где каждый грамм по мере набора высоты превращается в килограмм, - это уже поступок!

На следующий день отправились в путь. Ночью выпал снег, и теперь повсюду бежали ржавые ручьи. Раскисшая глина чавкала, ноги, несмотря на мощные протекторы, расползались в разные стороны. Эмиль, опровергая мнение о том, что человек после 70 лет уже не ходок в горы, давно обошел меня и маячил далеко впереди.

У Пласа де Франция уперлись в отвесно обрывающийся скат Аконкагуа, залепленный по уступам и карманам оледенелым снегом. Чтобы охватить взглядом эту громаду целиком, приходилось задирать голову. Еще бы - до ее ломаного верха более двух километров! Подняться по этой стене на вершину Аконкагуа под силу только хорошо подготовленным альпинистам. Мы же довольствовались лишь созерцанием неприступной цитадели.

Переход от Конфлюенции до базового альплагеря Пласа де Мулас запомнился утомительным однообразием широкой долины и несколькими изматывающими взлетами, чередующимися с траверсом по почти вертикальным откосам. Глянешь туда, где между камней гремит вода, и сердце сжимает обруч ужаса, начинает кружиться голова. Хорошо, что хоть рюкзаки несут мулы. Они тут вместе с погонщиками-индейцами курсируют постоянно: доставляют в базовый лагерь продукты, воду, газовые баллоны, а вниз уносят мусор.

Тропу в последней трети пути можно сравнить с тропой испытаний не только физической формы, но и волевых качеств. Местами она такая узкая, что не понимаешь, как можно по ней пройти, не сорвавшись в пропасть? Но все равно идешь, пересиливая страх. Идешь даже после того, как мул перед тобой спотыкается и начинает съезжать вниз. Ища опоры, животное в панике бьет ногами, но предательский щебень плывет. Медленно сползая, мул, наконец, нащупывает копытом крупный камень и, ценой неимоверных усилий, выскакивает на тропу. Этот участок, по всей видимости, был самым опасным - внизу белели черепа и кости менее ловких животных.

Меня в этой ситуации шокировало поведение погонщика. Привыкший ко всему, он, нахохлившись, продолжал невозмутимо сидеть в седле и клевать носом в такт шагам мула. Если смотреть сзади - настоящий "всадник без головы". У каждого погонщика - широченный шерстяной берет, а за поясом - длинный платок. Им при погрузке тюков животным обматывают морды: когда мул не видит, он стоит смирно.

Проводник проверил нас на прочность

Базовый лагерь Пласа де Мулас расположился в самом конце ущелья Хорконес. Светло-коричневая громада Аконкагуа грозно нависла над ним с правой стороны. Палаточный городок состоял из нескольких "микрорайонов" в пять-десять палаток, принадлежащих разным турфирмам. Население - голландцы, поляки, немцы, сербы, чехи и даже монголы, но больше всего, конечно, аргентинцев.

Неожиданно возникла проблема с проводником - очереди надо было ждать несколько дней. Но утром кто-то тихо поскребся в палатку. Щуплый светловолосый мужичок средних лет в драной соломенной шляпе предложил свои услуги. Оказалось, что на вершине он был 27 раз и готов даже без дополнительной оплаты нести часть нашего груза.

Подписав договор, рано утром отправились на акклиматизационное восхождение к остроконечной горе Бонете высотой 5005 метров. Прежде чем подниматься на 7000 метров, наш многоопытный проводник Роджерс решил столь простым и эффективным способом проверить физическое состояние своих подопечных - не начнется ли "горняшка".

Через два с половиной часа подошли к самой отвесной части каменного конуса. На саму макушку карабкались уже на четвереньках. Первым оседлал остроконечный пик Роджерс, вторым - Эмиль, следом я. На вершине меня охватили такая радость и восторг, что я обнял теплый от стоящего в зените солнца камень, прижался к нему щекой и: зарыдал от счастья. Горная цепь, подпирающая небо на западе, являла собой границу между <Аргентиной> и Чили. Дальше простиралась на половину земного шара громада Тихого океана. Вниз лучше было не смотреть - сразу хотелось покрепче вцепиться в макушку скалы.

На востоке, левей Аконкагуа, гордо высился главный хребет. Его заснеженные пики взметнулись так высоко, что казалось, еще чуть-чуть, и они продырявят темно-синий свод неба. Оглядывая этот первозданный простор, я испытывал такое наслаждение, что не жаль было ни потраченных сил, ни денег, ни времени. Уже не верилось, что где-то существует мир, в котором кипит иная жизнь, больше похожая на бесконечную гонку за материальным успехом. Казалось, что есть только ласковое солнце, вздыбленные в дикой пляске горы и ты, дитя Отца-Создателя! Было невозможно представить, что этот разомлевший под лучами солнца край через несколько дней накроет затяжная волна холода, а жесточайший ветер вздыбит на Аконкагуа не совместимый с жизнью Белый Шторм, и нам придется буквально бороться за выживание. Всего этого я пока не знал.

Спуск дался полегче. На полпути у ручья с чистейшей водой, устроили роскошный привал. Раздевшись по пояс, освежились студеной водой, попили чай, позагорали и в прекрасном настроении потопали в лагерь. Когда вошли в основное ущелье, дорогу перегородил бесноватый поток, уже перекатывающийся через вибрирующий от натуги мостик, - было так жарко, что ледники таяли на глазах. До сих пор не понимаю, как одолел преграду: вода неслась прямо по настилу.

На столбе мира "Уфа" оказалась выше "Москвы"

Проводник поставил нашей физической подготовке "отлично" и объявил: весь следующий день можем отдыхать, а послезавтра должны быть готовы к штурму Аконкагуа. Мои горные ботинки он забраковал - нужны потеплее и повыше. Необходимы также кошки и балаклава. Посоветовал обратиться к живущему здесь художнику Мигелю. Ангарного типа палатка его стояла на скальном возвышении, метрах в семидесяти от нашей. Она служила и домом, и мастерской, и картинной галереей одновременно. Земля перед палаткой была устлана ярко-зеленым ковролином. На нем в бочке высилась раскидистая пальма и стояли два беленьких пластиковых кресла. Рядом столб, к которому крепились стрелки-указатели: "Лондон", "Сидней", "Санкт-Петербург", "Париж" - десятки городов мира!

Мигель был похож на древнегреческого бога, который почему-то забыл умыться и причесать длинные вьющиеся волосы. Довольно рослый детина, могучего телосложения с густой щетиной на загорелом лице. Живые, подвижные глаза светились добротой и оптимизмом. При этом была в его взоре какая-то детская беззащитность, свойственная всем талантливым людям.

Встретил он меня обаятельной улыбкой. Узнав, что я из России, поставил диск


Поделиться:


Издано на mir-es.com
20 05 13

Страница: | 1 | 2 | 3 |   Дальше>>

Как будет выглядеть ссылка на эту новость у Вас:

Коварный Аконкагуа

HTML-код этой ссылки:


BB-код для форумов:





Пожалуйста, оцените новость:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10



Открыть раздел «Новости».
Новости культуры из Испании и стран Латинской Америки : Испаноязычный мир: поэзия, изобразительное искусство, музыка, голоc.
 Комментарии



Оставить свой комментарий

Обязательные поля отмечены символом *

*Имя:
Email:
*Комментарий:
*Защита от роботов
Пять плюс 3 = цифрой
*Код на картинке:  



Вернуться назад



     

 
Получите абонемент mir-es.com

Устанавливайте HTML-код ссылки:

BB-код для форумов:







Главная   Новости   Поэзия   I   Переводчики   I   Галерея   Слайд-шоу   Голос   Песни   Уроки   Стихи для детей   Фильмы  I   Контакты      Регламент

       
© 2009 - 2018 г. mir-es.com St. Mir-Es.

Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом.
При использовании материалов указание авторов произведений и активная ссылка на сайт mir-es.com обязательны.

         


Яндекс.Метрика