Чем выше "процент национального духа", тем дальше переводчик уходит от оригинала. Это такой своеобразный танец, когда переводчик со своим партнером-автором то сходится, то расходится, то прижимает его к себе, то отпускает на вытянутую руку или вообще в конец зала. Поэтому говорить об однородности перевода - просто вздор. Этим, кстати, литературный перевод отличается, например, от технического. Александр Яковлевич Ливергант | |
|
Хорхе Луис Борхес. Тамерлан (1336 -1405)
От мира этого моя держава:
Тюремщики, застенки и клинки -
Непревзойденный строй. Любое слово
Моё как сталь. Незримые сердца
Бесчисленных народов, не слыхавших
В своих далеких землях обо мне, -
Моё неотвратимое орудье.
Я, пастухом бродивший по степям,
Крепил мой стяг над персепольским валом
И подводил напиться скакунов
К теченью то ли Окса, то ли Ганги.
В час моего рожденья с высоты
Упал клинок с пророческой насечкой;
Я был и вечно буду тем клинком.
Я не щадил ни египтян, ни греков,
Губил неутомимые пространства
Руси набегами моих татар,
Я громоздил из черепов курганы,
Я впряг в свою повозку четырёх
Царей, не павших в прах передо мною.
Я бросил в пламя посреди Алеппо
Божественный Коран, ту Книгу Книг,
Предвестье всех ночей и дней на свете.
Я, рыжий Тамерлан, сжимал своими
Руками молодую Зенократу,
Безгрешную как горные снега.
Я помню медленные караваны
И тучи пыли над грядой песков,
Но помню закопчённые столицы
И прядки газа в тёмных кабаках.
Я знаю всё и всё могу. В чудесной,
Ещё грядущей книге мне давно
Открыто, что умру, как все другие,
Но и в бескровных корчах повелю
Своим стрелкам во вражеское небо
Пустить лавину закалённых стрел
И небосклон завесить чёрным платом
Чтоб знал любой живущий на земле:
И боги смертны. Я - все боги мира.
Пускай другие ищут гороскоп,
Буссоль и астролябию в надежде
Найти себя. Я сам все звезды неба.
С зарей я удивляюсь, почему
Не покидаю этого застенка,
Не снисхожу к призывам и мольбам
Гремучего Востока. В снах я вижу
Рабов и чужаков: они Тимура
Касаются бестрепетной рукой
И уговаривают спать и на ночь
Отведать заколдованных лепёшек
Успокоения и тишины.
Ищу клинок, но рядом нет его.
Ищу лицо, но в зеркале - чужое.
Теперь оно в осколках, я привязан.
Но почему-то я не вижу плах
И шей под вскинутыми топорами.
Всё это мучит, но какой же прок
Мне, Тамерлану, им сопротивляться?
И Он, должно быть, вынужден терпеть.
Я - Тамерлан, царящий над закатом
И золотым восходом, но, однако...
Перевод с испанского: Борис Дубин
Издано на mir-es.com
02 03 2010 г.
Свидетельство о публикации N107550
Абдрахманова Рано. Тамерлан, Тимур-ленг
| |
Мигель де Унамуно. Слова, что сохранили речь Кеведо...
Слова, что сохранили речь Кеведо,
пропитанные смыслами как соком,
высоких дум служившие истоком
и образцом изысканной беседы
в устах насмешливого привереды
и чудака — вас с мудростью глубокой
от пут освободил и спас от рока
ваш вечный дух. Залог моей победы —
смиренно вам служить, живые звуки,
любовью отвечавшие надежде
— не вы ль Сервантесу смягчили муки?
Не дайте злобе осквернить мне руки,
и оставайтесь тем, что были прежде,
чтоб утешать меня в изгнаньи и разлуке.
Перевод с испанского: Лариса Кириллина
Издано на mir-es.com
07 11 2012 г.
Свидетельство о публикации N107790
<< Дальше >>
|
|
