... Поэтическая версия должна воссоздавать художественное единство содержания и формы оригинала, воспроизводить его как живой и целостный поэтический организм, а не как мертвую фотокопию или безжизненную схему, сколь точной в деталях она бы ни была.
Иными словами, поэтический перевод обязан стать живым близнецом оригинала и активно включиться в полнокровный литературный процесс на языке перевода. Естественно, что во имя этой цели - сохранения того главного, ради чего и существует поэзия, то есть сохранения и воспроизведения самостоятельной поэтической ценности - переводчик обязан жертвовать близостью в деталях второстепенных. Разумеется, для этого он должен быть, во-первых, отзывчивым поэтом, а во-вторых, - столь же чутким филологом. Сергей Филиппович Гончаренко | |
|
Хавьер Авриль. Восприятие человека и борозды
Настаиваю на красоте растительного мира,
в которой убеждает нас величие пейзажа
и спокойствие гор.
Свобода, разлитая между землею и небом,
воплощена в обыкновенном листочке
или в текучести вод.
Крестьянин не ошибается, когда вместе с дождем собирает небеса
в потайные водоемы бесконечности
и когда, следуя изначальной правде земледелия,
сам покорно падает в почву, как ежегодно сеемое зерно.
Легкий ветер, это залог урожая,
а солнечный свет придает колосьям золотистость и праздничность.
Человек и часть природы, и ее история,
и, чтобы жить, обязан трудиться, питаться и отдыхать.
Он заводит семью, а потом засыпает
в податливой унавоженной земле по берегам рек,
которые разливаются и затопляют ближние леса
и жилище и обитающие в нем мечты.
На смену отцу приходят дети,
они валят деревья времени,
а затем тоже почиют на очищенных ими участках
и отрешаются от всего: от податей,
от свежего воздуха и от магии огородных чучел,
оголяемых вихрями…
Совершенно отсутствующие, отчужденные и от радостей и от обид.
Там, в глубине перемешавшихся могил, нет ни солнечных лучей,
ни того, что когда-то было человеком: труда,
усталости, бедности и одиночества.
Проходят гражданские войны
и оставляют после себя разоренные поля,
изувеченных мужчин и растоптанные розы.
Сколько глаза мои видели,
а я не могу сказать, где и когда
мне суждено умереть.
Да, были и горе и счастье,
но теперь забываются и люди и даты.
И ни быстротекущие часы, ни увядающие цветы меня уже
не волнуют,
только твое зияющее отсутствие в каждой вещи
и я сам, потерянный, посреди своих голосов.
Перевод с испанского: Алексей Эйснер
Издано на mir-es.com
17 01 2013 г.
Свидетельство о публикации N107809
Ковинин Валерий. Первая борозда
| |
Хосе Эмилио Пачеко. Осьминог
Тёмный бог глубин,
папоротник, гриб иль гиацинт,
между скалами, что скрыты в бездне,
где с зарёю солнце водяную толщу режет,
ночью опускается оно на дно.
Осьминог пьёт пламя мелкими глотками,
в щупальцах-присосках чёрные чернила.
Блеск встречал, ночную красоту
всюду, где бродил он,
в просолёном, сладком и хрустальном лоне матери-воды.
Пляж замусорен бумагой, пластиком, остатками еды:
всё богатство изначальное изгажено до умопомрачения.
Людям кажется он монстром – губят без единой тени сожаления,
(палкой бьют), животное так беззащитно на мели.
Вот гарпун-кол в осьминоге, и последние мучения пришли:
задыхается, бедняга, ранен, вздрогнул,
на губах нет крови, ночью прорастать ей,
море надевает траурное платье, землю сея,
медленно, покуда осьминог, слабея, костенеет.
Перевод с испанского: Ольга Шаховская
Издано на mir-es.com
18 03 2013 г.
Свидетельство о публикации N107833
<< Дальше >>
|
|
