Думаю, что стихи прежде всего делятся на живые и мёртвые. Первые бывают очень талантливыми и не очень, но к ним тянется если и не народная тропа, то всё же человечий след; вторые бывают искусными или неискусными, и тянутся к ним одни стихоманы. Почему стихи рождаются такими, вряд ли кто знает, но это медицинский факт. И секрет перевода, наверно, тот же, что у стихов, – в конечном счёте это тайна жизни.
Из предисловия к сборнику «Тёмные птицы»
Зарубежная лирика в переводах Анатолия Гелескула. | |
|
Мигель Анхель Астуриас. Индейская мудрость
Тебя нашли позади твоей тени.
Закат за твоей спиной —
вот причина твоего пораженья.
Если солнце — в твоей груди,
если ноги и голову оно золотит,
ты неподвластен ни людям,
ни богам, ни стихии.
А поверженный, ты видишь, не глядя,
слышишь, не слушая, чувствуешь, не ощущая,
разговариваешь безмолвно,
осужденный на молчание,
кровь твоих ран — твой вопль.
Какие травы укрыли
Твоё дыханье тинахи, наполненной водой?
Ты кладёшь своё утро в золу
и ворошишь его среди перьев
окоченевших птиц, что поют
в ожидании твоего смеха. Не гримасы. Смеха.
Ох! Того невозвратного белозубого смеха.
Солнце опять войдёт в твоё горло,
в твоё сердце, в твоё лицо,
прежде чем нависнет ночная мгла
над твоим народом,
и такими человечьими будут крик, прыжок,
сон, любовь и пища.
Сегодня есть ты, а завтра
тебя сменит такой же, как ты.
Ни торопливости, ни нетерпенья.
Неиссякаем род людской.
Вот тут была долина, а сегодня — гора.
Там был холм, а нынче — ущелье.
Окаменевшее море стало хребтом,
а застывшая молния — озером.
Пережить все перемены — вот твоё назначенье.
Ни торопливости, ни нетерпенья. Неиссякаем род людской.
Перевод с испанского: Римма Казакова
Издано на mir-es.com
24 09 2013 г.
Свидетельство о публикации N107863
Юрий Краваль. Пока Земля спит
| |
Хавьер Авриль. Восприятие человека и борозды
Настаиваю на красоте растительного мира,
в которой убеждает нас величие пейзажа
и спокойствие гор.
Свобода, разлитая между землею и небом,
воплощена в обыкновенном листочке
или в текучести вод.
Крестьянин не ошибается, когда вместе с дождем собирает небеса
в потайные водоемы бесконечности
и когда, следуя изначальной правде земледелия,
сам покорно падает в почву, как ежегодно сеемое зерно.
Легкий ветер, это залог урожая,
а солнечный свет придает колосьям золотистость и праздничность.
Человек и часть природы, и ее история,
и, чтобы жить, обязан трудиться, питаться и отдыхать.
Он заводит семью, а потом засыпает
в податливой унавоженной земле по берегам рек,
которые разливаются и затопляют ближние леса
и жилище и обитающие в нем мечты.
На смену отцу приходят дети,
они валят деревья времени,
а затем тоже почиют на очищенных ими участках
и отрешаются от всего: от податей,
от свежего воздуха и от магии огородных чучел,
оголяемых вихрями…
Совершенно отсутствующие, отчужденные и от радостей и от обид.
Там, в глубине перемешавшихся могил, нет ни солнечных лучей,
ни того, что когда-то было человеком: труда,
усталости, бедности и одиночества.
Проходят гражданские войны
и оставляют после себя разоренные поля,
изувеченных мужчин и растоптанные розы.
Сколько глаза мои видели,
а я не могу сказать, где и когда
мне суждено умереть.
Да, были и горе и счастье,
но теперь забываются и люди и даты.
И ни быстротекущие часы, ни увядающие цветы меня уже
не волнуют,
только твое зияющее отсутствие в каждой вещи
и я сам, потерянный, посреди своих голосов.
Перевод с испанского: Алексей Эйснер
Издано на mir-es.com
17 01 2013 г.
Свидетельство о публикации N107809
<< Дальше >>
|
|
