На одной конференции по проблемам перевода докладчик начал свою речь так: «Искусство - тяжёлая проблема вообще. А искусство перевода вообще тяжёлая проблема». Так оно и есть: трудности, стоящие перед переводчиком, неисчислимы. И первая из них – понимание оригинала. Если переводчику не удалось передать мощь, разнообразие или гармонию оригинала – это не позор.
О чуде можно мечтать, но требовать его нельзя. Ошибка же, вызванная непониманием текста, - серьёзный удар по репутации переводчика. Анна Задорожная | |
|
Альба Асусена Торрес. Ноябрь
Истории Древнего Рима бабушка не знала,
но я получила от неё в наследство
браслет из итальянских монеток:
на каждой - Капитолийская волчица,
вскармливающая Ромула и Рема.
Со дня смерти бабушки прошло два года.
Но до сих пор
(я на каникулах в старом доме)
каждая вещь говорит, что она ещё здесь.
Тут шкаф, а там - сундук, полный сокровищ:
неразвернутые подарки ко Дню матери,
покрывала, расшитые золотом и голубями,
простирающими к небу крылья
в несбыточной мечте о широкой кровати
(Всё-таки странная и жестокая была моя бабушка).
Вот музыкальная шкатулка, портрет покойного дедушки,
лежащая вниз лицом жестяная балерина, ленты,
аккуратно сложенные записки,
в которых - ни слова.
Незнакомцы на фотографиях, пожелтевшие от времени улыбки.
На одной фотографии бабушка с маленькой непоседливой мамой.
(Не зря в моих жилах течёт ее кровь).
Не помню бабушкиных сказок,
не помню, чтобы она улыбалась внукам.
Помню только, как заставляла перед ужином молиться.
Она оставалась красивой,
даже когда начала слепнуть,
даже когда разговаривала руками.
Бабушка умерла в ноябре,
когда на кладбище пахнет воском,
высохшими цветами и свежей краской,
а в воздухе тесно от молитв.
Перевод с испанского: Екатерина Хованович
Издано на mir-es.com
18 06 2009 г.
Свидетельство о публикации N107347
Scholten Hendrik Jacobus Zondagmorgen
| |
Хуан Рамон Хименес. Мимолетное возвращение
Как это было, как все было, Боже?
— Ты лживо, сердце. Разум, ты в смятенье.
Все было словно ветра дуновенье?
Или на легкий бег весны похоже?
Так зыбко было, словно в летней дрожи
пух одуванчика, одно мгновенье
живущего... И так исчезновенье
улыбки в смехе незаметно тоже...
Дыханье ветра, одуванчик, крылья
весны июньской, тонкая улыбка...
— о память горькая, пчела слепая! —
все перешло в ничто — и без усилья
малейшего... все так легко, так зыбко...
И знать — что ты была, какой — не зная!
Перевод с испанского: Виктор Андреев
Издано на mir-es.com
18 10 2009 г.
Свидетельство о публикации N107434
<< Дальше >>
|
|
