|
Амадо Нерво. Не знает каштан, что он носит каштана названье… Не знает каштан, что он носит каштана названье, но лишь приближается время его созреванья, нам дарит каштан с ароматом осенним плоды. И солнцу неведомо, как оно прозвано нами, но свет и тепло нам дает его жаркое пламя, и меркнет с ним рядом сиянье ярчайшей звезды. Никто не любуется розой, расцветшей в пустыне, но роза бутон раскрывает свой в дерзкой гордыне, чтоб миру явить непреложный закон бытия. Никто на дорожной обочине зерен не сеет, но колос и там вырастает, желтеет, и спеет, и кормит в священном молчанье зерном воробья. О, сколько, о, сколько стихов мной задумано было! И сколько в них было любви и душевного пыла… Но их, не написанных мною, увы, не прочтут! Но, так же как дерево, солнце, и роза, и колос, стихи не исчезли: влился их блуждающий голос в ту Суть Несказáнную, в коей они не умрут!
Перевод с испанского: Инна Чежегова Издано на mir-es.com 30 06 2010 г. Свидетельство о публикации N107646

Николай Дубовой. Каштаны
| |
Федерико Гарсиа Лорка. Песня сухого апельсинового дерева
Отруби поскорей тень мою, дровосек, чтоб своей наготы мне не видеть вовек!
Я томлюсь меж зеркал: день мне облик удвоил, ночь меня повторяет в небе каждой звездою.
О, не видеть себя! И тогда мне приснится: муравьи и пушинки - мои листья и птицы.
Отруби поскорей тень мою, дровосек, чтоб своей наготы мне не видеть вовек!
Перевод с испанского: Валентин Парнах Издано на mir-es.com 04 01 2010 г. Свидетельство о публикации N107505
<< Дальше >>
|
|