|
Педро Салинас. Зима, весь мир белоснежен...
Зима, весь мир белоснежен.
Здесь мрамор, и снег, и перья
сыплются, льются, взмывают,
в белое с белым играют.
Невесомые
мчатся колонны, столбы ли -
и с ними, на них - потолки -
облака снеговые.
Стаи
голубок в сомнении :
вверх устремляясь и вниз,
от белого носятся
к белому
сонмы растущие птиц.
Кто же сейчас победит?
Снежинки
спешат с нападением.
Атаки бесшумны, легки :
снег, горностаи, круженье.
Но ветра порыв как призыв
к дезертирству, и снова
победа за розовым,
синим, за солнцем, зарёй -
каплей стали, пером,
против белого, в белом...
за тобой, начальное слово.
Перевод с испанского: Лейла Имм
Издано на mir-es.com
07 10 2009 г.
Свидетельство о публикации N107427
Даринка Младеновик. Зимняя идилия
| |
Габриэла Мистраль. Долина Эльки
Мне надо сойти в Долину,
туда, где за темной листвой
зеленая завязь инжира
подернулась синевой,
проведать своих - не важно,
кто мертвый, а кто живой.
Словно купель, над Долиной,
кутаясь в облака,
озеро грез витает,
вея прохладой, пока,
изнемогая от жажды,
мелеет Эльки-река.
Я знаю, холмы-громады,
сонно выгнув хребты,
словно гигантские звери,
глянут из темноты.
Крестные мои, слышу
я и во сне ваш рык:
не зря вы дарили мне люльку
из жестких камней своих.
И вот на душистый клевер,
садится вокруг меня
родня по крови и духу,
по вечной любви родня,
и мы говорим часами,
слова не пророня.
Так будем же и пребудем,
пока мы в силах продлить,
читая взглядами взгляды,
воспоминаний нить
о преходящем и вечном,
о том, чему имени нет,
чистая каста горцев,
Анд раскаленный цвет,
поющий, когда поется,
молчащий в годину бед.
Плывет предо мной вереница
радостей и невзгод,
терпкая брага юных,
старцев медленный мед,
ярость и вдохновенье,
горечь и пустота,
да и сама Долина,
плывет, как сон, разлита,
от Пералильо к Уньону,
та же - и будто не та.
Покой, и водовороты,
и жар, и прохладный бриз -
всё ведомо тверди, к которой
тридцать холмов сошлись.
Здесь клан мой - как на поверке,
принимаю парад,
и те, кого уж не ждали,
тоже сюда спешат,
кто во плоти, кто тенью,
от победы к паденью.
Но с каждой новою встречей
все сумрачней торжество:
слабеет пламенный узел
племени моего.
Речью, жестом, надеждой
хочу воскресить его.
Пусть стол накрыт небогато,
лишь кактуса свежий плод
и карликовую дыню,
что каждый в ладонях мнет,
в обмен на сказки и были
мне несет мой народ.
Из каждой надломленной ветви
здесь детства сочится ток,
здесь каждый лист меня знает,
и каждый лесной цветок
мысли мои читает,
клонится мне на грудь,
здесь на спутанных травах
так хорошо уснуть.
Но если в самое сердце
детство ударит - беда:
как бы мне не согнуться,
как бы не разлететься,
точно в бурю скирда?
Не пережить мне детства
коль голова седа.
Пора: ухожу украдкой,
чтобы меня из тьмы
не провожали взглядом
обиженные холмы.
В гору ведет дорога,
свист кнута за спиной,
встал на пути терновник
непроходимой стеной,
кладь моя, крест мой вечный,
как и всегда, со мной.
Перевод с испанского: Екатерина Хованович
Издано на mir-es.com
14 08 2009 г.
Свидетельство о публикации N107390
<< Дальше >>
|
|
