Согласимся с философом Григорием Померанцем, не так давно утверждавшим: «Как бы ни развернулся кризис западной цивилизации, мы уже сегодня покатились по наклонной плоскости. И я думаю, что это надолго, быть может, так же надолго, как в Италии XVI века, в Испании XVII века, в Германии после Тридцатилетней войны». Далее он в образной форме, надеясь на соединение в русском человеке «донкихотского» (романтического) и «гамлетовского» (всё-таки рассудочного, рефлектирующего) начал уповал на возможность выхода из хаоса в космос: «Только одна остаётся надежда: на взрыв духовных сил, не признающих власти социального упадка. В период упадка в Италии творили Леонардо, Микеланджело, Рафаэль… …В разорённой, уничтоженной Германии, потерявшей две трети своего населения, творил Иоганн Себастьян Бах. А время Рублёва?» Вячеслав Куприянов | |
|
Хорхе Каррера Андраде. Одиночество и чайка
Моря белый блокнот -
чайка, весть или птица,
разворачивает полет
на две путевых страницы.
Чайки сестра морская -
одиночество без границ,
чего-то еще ожидая,
вздыхает и смотрит на птиц.
Насекомые и растенья
изрыли всюду пески:
сигнальные искаженья
подземной страстной тоски.
Здесь, в центре всего, как ленник,
живу среди птиц морских,
сам свой собственный пленник,
товарищ развалин немых.
И вижу и слышу невольно,
как дождь в доспехах идет
и по одиночеству больно
жидкою шпагой бьет.
Перевод с испанского: Овадий Савич
Картина Эдуард Панов. Чайка
Оригинал здесь
| |
Лина Серон. Фиолетовые бабочки
Я была зерном солнца, посаженным в землю,
Оживленным торнадо воды,
Среди звездной пыли и пронзительного крика цветов.
Я хотела родиться бабочкой, oрлом,
Чтобы у меня выросли золотистые перья.
Но родилась фиговым деревом с огромными корнями.
Из меня вышли ветви, из ветвей листья,
И появились глаза в коре.
Из листьев появились голуби
И убаюкали шелест моих красных пальцев,
Мои руки обмахнули мглу веером.
Я попробовала яблоко рая.
И узнала вкус крови,
Я укололась косточками,
И научилась плакать вместе с моей тенью,
Неся крест плода Марии.
Но также я попробовала священный мед розы,
Мясо барашка.
В венах у меня текла девственная кровь.
И сок Aдама бежал между моими ногами.
Мой живот родил фиолетовых бабочек,
Которых я кормила чистым нектаром пчелы.
Я превратилась в Вяз,
Чтобы защищать плоды от засухи, и даже от бурь,
Что вырвали мой ствол из земли.
Пропели много весен и зим,
Довели до зрелости инжир,
И жизнь прошла.
И забылось это дерево.
Обнаженными остались мои ветви.
Я престала быть фиговым деревом и вязом,
Выросли крылья с разноцветными перьями
И перьями цвета воды.
И я превратилась в рыбу - ласточку.
Мои слезы увлажняют чешую.
А вздохи заставляют летать мои крылья,
Когда я вижу зерна, которые принесли мои плоды.
Я счастлива, что родилась фиговым деревом,
Превратилась в Вяз,
А сейчас я буду рыбой - ласточкой
Без гнезда и без цепей.
Перевод с испанского: Наталья Переляева
Звуковой файл оригинала стихотворения здесь
Дальше >>
Оригинал здесь
|
|
