Отражение личности писателя в языке его произведений и называется его индивидуальным стилем, присущим ему одному. Потому-то я и говорю, что, исказив его стиль, мы тем самым исказим его лицо. Если при помощи своего перевода мы навяжем ему свой собственный стиль, мы превратим его автопортрет в автопортрет переводчика.
Поэтому напрасно рецензенты, критикуя тот или иной перевод, отмечают в нем только словарные ошибки.
Гораздо важнее уловить злостные отклонения от подлинника, которые органически связаны с личностью переводчика и в своей массе отражают ее, заслоняя переводимого автора. Гораздо важнее найти ту доминанту отклонений от подлинника, при помощи которой переводчик навязывает читателю свое литературное я.
Такова фатальная роль переводчиков: переводимые ими поэты часто становятся их двойниками.
Корней Чуковский | |
|
Эдуардо Карранса. Рифма
Не могу я говорить с тобою
Ни безмолвно, ни словами,
Даже музыкой я больше не надеюсь.
Может быть луной иль ароматом
Фиолетовых цветов,
Вином иль музыки страдающей ноктюрном.
Может только ночью шумом листьев,
Ветром, звёздами с тобой не спящей.
Может с помощью луны, уж если будет
Её запах фиолетовым пьянящим.
Может и словами, если ночью их обдумать.
Не могу с тобою говорить я, не могу я.
Перевод с испанского: Наталья Переляева
Картина Максим Гололобов. Цветы
Оригинал здесь
| |
Мигель Эрнандес. Моей обожаемой Хосефине
В твоих смятенье письмах,
Они пьяней вина,
Но снова жажда сердца
Письмом утолена.
С тех пор, как я не рядом,
Мечтой, как сном, сморён.
Как море твоё тело -
Такая горечь в нём.
Овец отару - письма -
Согнал - сижу в углу :
Им в сердце - как в загоне,
Во мне - как на лугу.
Когда сойду под землю,
Любовь сойдёт со мной -
Пиши, моя голубка,
Отвечу, вечно твой.
Коль крови мне не хватит -
есть сок в живых цветах ;
В отсутствии бумаги -
На любящих костях.
Перевод с испанского: Лейла Имм
Дальше >>
Оригинал здесь
|
|
