История распада и гибели великих империй говорит нам о том, что всё начиналось с расшатывания культурного стержня. Внешне эти беды связывались с набегами варваров, у нас же и на нашем веку всё происходило посредством варварства внутреннего. В то же время закат эллинской цивилизации под натиском латинских варваров привёл к тому, что расцвела Римская империя, унаследовав античную греческую культуру, а затем обновив её принятием христианства. Римская империя пала, а на её обломках возникла, состоящая из победивших варваров, новая Европа, которая через средние века и эпоху Возрождения пронесла достаточный необходимый дух культуры до наших дней. Уже потом можно было себе позволить и декаданс, и литературно-философский «Закат Европы», и т.д. И, кажется, что ныне, европейская культура не находит сама себе преемника. В то же время и России некому завещать свою, общую с европейской культуру. Всё забивает визгом, смехом и плачем та массовая культура, в которую поэзия, и – тем более – перевод поэзии (здесь уже не важно - с какого языка) не вмещается! Когда вы слышали в последний раз переводную поэзию по радио (и в каком объеме)? Когда-нибудь видели по телевидению переводчика, как представителя культуры? Вячеслав Куприянов | |
|
Фернандо де Эррера. Я порешил – опасное решенье!. Я порешил – опасное решенье! – Что грудь бронёй одену ледяною, Дабы любовь не помыкала мною И не был я для жгучих стрел мишенью. Пытался я спастись от пораженья – Напрасный бред! Я сам беде виною: Отдав свободу, гордость, сей ценою Обрёл я безысходные мученья. Лёд в пламени растаял – тем сильнее Оно бушует ныне, полыхая, Пронизывая мне дыханье жаром. И смерти от огня я ждать не смею: Чем пуще в сём костре я стражду яром, Тем пуще вечный жар его вдыхаю.
Перевод с испанского: Александра Косс Издано на mir-es.com 14 07 2010 г. Свидетельство о публикации N107684

Alfredas Jurevicius.
| |
Хосе Марти. Душа одиноко томится... Душа одиноко томится,
Дрожа вслед за канувшим днеём.
Нынче бал; мы увидим на нём
Испанскую танцовщицу.
Здесь флаг над фронтоном плыл,—
Хорошо, что его убрали:
Если б это знамя не сняли,
Я бы камнем у двери застыл.
Танцовщица уже явилась,
Проходит, надменна, бледна...
Говорят, из Галисьи она?
Неправда! С неба спустилась!
С тореадорским беретом,
Красный плащ придержала рукой,-
Как похожа она на левкои
В берете, чуть набок надетом!
Промелькнула бровь,— это бровь
Мавританки непостоянной,
И взгляд мавританки туманный,
И от щёк отхлынула кровь.
Настройка. Свет гасят.— И вот —
Платье длинное, шаль, бахрома...
Это дева Мария сама
В андалузском танце плывёт.
Руку Дугой выгибает,
С вызовом голову вскинув,
Шаль на плечо перекинув,
Медленно страсть накопляет.
И рубит пол каблучками
Так вкрадчиво, но без пощады,
Как будто помост дощатый —
Эшафот с мужскими сердцами.
А призыв растёт всё сильней
В глазах лучистой волною,
И шаль бахромой огневою
Летает и плещет над ней.
Вдруг одним прыжком отбегает,
Вот-вот сломится, прячется, кружит
И, выплыв из шали и кружев,
Свой белый наряд предлагает.
Сдаётся, почти не дышит,
Раскрытые губы зовут,
И дразнят, и розой цветут,
И дробь каблучков всё тише.
Подбирает устало шаль,
Пол метёт бахрома огневая,—
Уходит, глаза закрывая,
Уходит, как ветер, вдаль.
Хороша, хороша танцовщица,
И двухцветная шаль хороша...
Но в свой угол вернись, душа,
Чтоб опять одиноко томиться.
Перевод с испанского: Овадий Савич Издано на mir-es.com 14 11 2011 г. Свидетельство о публикации N107746
<< Дальше >>
|
|